— Ну, как… Вот, встретились, давно не виделись. Опять таки машину обмыть, — нашелся Корсаков, — шампанское под картошечку! Давно я так не гулял.

Марина внимательно посмотрела на Воскобойникова:

— Ну, если только машину.

Анюта разложила по тарелкам картошку и люля, уселась возле Игоря и подняла бокал:

— Ну что, за все сразу пьем?

— Конечно, по очереди, — в один голос отозвались Корсаков и Воскобойников.

Утолив первый голод, стали делиться новостями. Корсаков больше помалкивал, поскольку все новости, как из прохудившегося мешка, вываливала Анюта. Рассказывала про то, как они переехали сюда, в особняк, как она нанимала рабочих, чтобы привести комнаты в более-менее приличный вид, жаловалась на Игоря, что тот пальцем о палец не ударил — сойдет, мол, и так. Она взяла под опеку Марину и подкладывала ей на тарелку колбасу и копченое мясо. Марина ела все, но предпочтение отдавала малосольной семге. Воскобойников многозначительно посмотрел на Корсакова — видишь, мол, все симптомы налицо, — и расплылся в улыбке.

— А как у вас дела, в усадьбе? — спросил Игорь.

— У-у-у, — протянул Павел. — Приедете в гости — не узнаете. Первый этаж полностью отделали, взялись за второй.

Анюта убрала тарелки, расставила чашки тонкого фарфора — подарок Александра Александровича, заварила кофе. Воскобойников попросил чаю.

— Марина, ты не будешь против, если мы до завтрашнего вечера задержимся? — спросил он.

— А что такое?

— Игорь попросил картину отмыть. Видела уток, что на мольберте стоят?

— Я думала, это павлины.

— Я тоже склоняюсь к этому, — усмехнулся Корсаков.

— Это моя доля наследства от бабушки, — пояснила Анюта.

— Хорошо, давай задержимся, — согласилась Марина.

— Вот и отлично! — Анюта чмокнула ее в щеку. — Вы будете спать на кровати, а мы здесь матрас постелим — у нас есть надувной. А сейчас мы с Мариной пойдем по магазинам, а вы мойте посуду, наводите порядок. Можете обсудить какие-нибудь дела и даже допить шампанское.